Skip to Content

Мастерски связанная «Веревка»

В рамках летней программы  состоялся мастер-класс с Ольгой Давтян  - известным петербуржским  сценаристом, историком кино и преподавателем Санкт-Петербургского Государственного Университета.

 

Встреча началась с просмотра знаменитой «Веревки» Хичкока – фильма без драматургического анализа которого, по словам, Ольги Викторовны, не обходится ни один учебный курс сценарного мастерства. Во всех профессиональных киношколах мира обязательным считается посвятить отдельное занятие драматургии именно этого фильма. «Веревку» по праву можно назвать хрестоматией мастерства, а передать, объяснить, проанализировать мастерски сделанное произведение подвластно только другому мастеру. Ольга Викторовна Давтян – именно тот человек – тонкий и образованный преподаватель и художник.

Драматургический разбор фильма «Веревка», который на мастер-классе провела Ольга Викторовна со студентами режиссерской школы, был очень полезен как начинающим режиссерам, так и будущим сценаристам. Указания на детали в структуре фильма, данные Ольгой Викторовной в этой статье, дополнены подробностями, взятыми из опубликованных текстов самого Хичкока и ряда учебных источников.

Хичкок всегда начинал работать над фильмом, уже с написания сценарияисследуя все детали, с которыми он будет иметь дело в процессе съемок.

«Веревка» - первый продюсерский проект Хичкока, первый его цветной фильм, первая снятая единым планом лента мастера, одна декорация. В подобной камерной обстановке держать напряжение зрителя возможно исключительно на мелочах.

Собственно веревка – орудие убийства, сработавшая, затем спрятанная, позже найденная, – деталь номер один. Она - в некотором роде главный персонаж, она делает в истории фильма все самое важное, убийца – это Веревка. Как убийца, она связана с жертвой крепким узлом, она напоминает о преступлении, а иногда подменяет убитого, как бы уходя домой вместе с его отцом, подвязывая книги, из которых и взят мотив внезапной насильственной смерти или жертвоприношения принципам.

История напоминает «Преступление и наказание», но Раскольников раздваивается – сначала мы видим его в одном главном персонаже, потом в другом. Тема наказания переосмысляется. Идея, лежащая в основе преступления, и неправомерность его, приоткрываются нам посредством необходимого присутствия всех персонажей, каждый из которых безусловен в общей системе этого сценария, как тезис и антитезис.

Наказанием для героев оказывается обличение авторитетного для них человека, учителя, на понимание которого они рассчитывали и верили, что он один из них, в отличие от принесенного в жертву. Именно учитель может объяснить, когда и какой поступок правильный и почему именно он имеет право рассудить своих учеников. Как преподаватель, т.е. пере-подаватель знания, он должен не только пересказать, но и непременно растолковать, во избежание подобных истории фильма манифестаций.

Пистолет – другое возможное орудие убийства – играет свою роль, но здесь оно зовет на помощь, выстрел призывает общественность к свершению вынесения приговора преступникам. Так же, как веревка, своим присутствием намекает на действие, ей соделанное.Звук выстрела беспокоит и говорит о необходимости немедленного обезвреживания преступника и если не суда, то осуждения, как минимум, не равнодушия и не оправдания.

«Хорошее кино – это сценарий, еще раз сценарий и еще раз сценарий – это три раза сценарий»,&‐ говорил мастер.

МакГаффин – термин Хичкока, больше никто его не употреблял, но он очень важен. Это технологическая вещь, без которой любая история будет рассыпаться. Это драматургический крючок, на который как бы вешается весь сценарий. Он очень важен для героя, а для режиссера – это условие драматической живости. Это то, на чем крутится все действие, которое пишется. В этом фильме МакГаффин – это труп. Причем он заявлен с самого начала и всегда возвращается в истории, привлекая к себе внимание. Информация всегда дублируется – есть проговоренный пласт, и пласт видимый, и именно они организуют то драматическое поле, где все происходит. То, что нам известно, для персонажей фильма является тайной, поэтому труп в сундуке держит напряжение. Тайное постоянно заявляет о себе. И драматургия, все более сгущаясь, приходит к естественному конечному взрыву. А последняя мелочь, точка в «Веревке» или развязка веревки – это шляпа убитого. Все это и есть МакГаффин Хичкока, который держит любой его фильм. <

Источник: Кристина Картчевская, специально для ВШРиС