Skip to Content

Чтобы все было понятно...

Легендарному режиссеру Отару Иоселиани - 85 лет. Отар Давидович известен утонченными, ироничными, интеллектуальными фильмами. На его счету более сорока картин и несколько десятков престижных международных кинопремий.
Мастер - о потерянном обаянии городов, утрате спокойствия и немом кинематографе.

Того Парижа, про который я снимаю, его уже давно нет. Возможно, его никогда и не было - как и той Москвы, что у Данелии в "Я шагаю по Москве". Возможно, мы населили города тем, что знаем о жизни и людях, и они есть только в нашей душе. Москва и Тбилиси пустеют, а Париж давным-давно пуст, но их модель, оставленная нам в наследство в виде воспоминаний, имеет какую-то ценность, и её можно передать.

Меня расстраивает то, что мы утратили способность жить спокойно: писать акварели, играть на фортепьяно, принимать гостей, вести дневники, устраивать пикники. Почему у нас не хватает на все это времени? Почему я не могу прийти к человеку без предварительного звонка и быть уверен, что он будет мне рад?

Все мои фильмы немые. Мне кажется, что в некоторых даже слишком много говорят, хотя там не больше 30 реплик на два часа. Что в кино говорится, вообще не очень важно, важна только интонация.

Кинематограф с приходом звука потерял всю накопленную умелость и все средства выражения, которые были накоплены в немом кинематографе. Начиная от Бастера Китона, Гарольда Ллойда - немые фильмы были так построены, чтобы все было понятно. Довженко снимал немые картины, удивительные просто. Но когда появился звук, кино стало просто болтливым. Закрой глаза - и все поймешь.

Но самая главная опасность - это впасть в зависимость от слова. Если ты смотришь фильм, не зная языка, на котором он снят, и ничего не можешь в нем понять, то это уже не кинематограф. Вот и все.

Из интервью агенству "Спутник"

Дата новости: 
02/02/2019